Ирина Громова - Зверолов из Харста

Кода жители опустили глаза на землю — ни Дарцидона, ни Царя-Зверолова на горе уже не было, в долине как мыльные пузыри на глазах лопались оставшиеся дренодавры. Последние веспри быстро покидали свободную от дренодавров долину. Круглые домики местных жителей, наконец, облегченно вздохнули.

В оросительной системе зажурчала спасительная вода.

Едва добежав до живительных зарослей, Зверолов и Назидатель, как и тысячи одуревших от запаха синей травы веспрей, охапками заглатывали спасительным медимы. Они выползли из кущи, через три часа, когда силы вернулись, а жизни не угрожала мёртвенная обесточенность.

Зверолов из Харста счастливо смотрел на звёздное небо. Впервые за двадцать лет он полностью освободился от боли:

— Я так и не понял, зачем бикеты на нас напали? Дело же не в том, что зверьё не любит технику. А техника не любит Дарцидона?

— Дело не в технике вообще, — Назидатель устроился рядом и тоже смотрел на звёздное небо. Он всё время тёр палец, на котором не было ногтя последние сто лет. В запале прошлой битвы он так махнул лапой, что не заметил пробегавшего рядом веспря и зацепил когтем. Коготь сломался и старый веспрь потом так и таскал вросший обломок в своей спине. Пока не пришёл исцеляться к Зверолову. — Кстати, на горе осталось много полезного. Скажи, чтобы инженеры общины покопались и приспособили бикетские железяки для домоводств Харста.

— Скажу, — подтвердил Зверолов.

— На самом деле всё очень просто, — продолжил Ментор. — Луч — это душа светлыни. И главный источник энергии всего живого. А бикеты — ребята рациональные. Увидели источник — решили цапнуть и приспособить для своего хозяйства. Мозгов-то нет, поэтому думали, если уничтожат всё живое — Луч достанется им целиком. Население им зачем, его кормить надо, да и вообще с ним хлопотно. Но там, где они уничтожали живое — Луч уходил, потому что душа обитает в живом существе и Луч может проявлять себя только через человека. Бикеты не могли сообразить, поэтому гробили долину за долиной, съедали, что там было накоплено и бежали дальше. А то, что именно человек — носитель живой энергии и неиссякаемого ресурса — у них никак не срасталось. Через безысходную глупость и погибли.

— Тогда я не пойму, почему в моём сумеречном видении — Харст был уже мертв?

— Луч показал тебе вероятное будущее Харста, если ты не поднимешь, наконец, задницу и не начнёшь действовать?

— Но если ты великий Назидатель и Ментор, ближайший ученик или соратник Луча, почему не видишь сумеречным зрением?

— Я вижу. Но есть специализация. Я — мастер образов. Поэтому я могу легко превратиться в Дарцидона. Ты — держатель Луча. Тебя и спрятали подальше в лес, чтобы бикеты занимались долиной, а не тобой.

— А-а, — кивнул Зверолов, — вообще-то придумано жестоко. У меня было покалечено лицо. Меня выкинули из общины.

— Жестоко. Но если бы Прораб затопил долину, нам бы всем мало не показалось. Зато ты выдержал испытания, и теперь ты Зверолов — Царь Харста.

— Так, значит, Прораб мог и победить?

— Да кто ж его знает, может, и мог. В других же долинах побеждал. А в Харсте, стало быть, не победил.